Товариство культури "Світло"

"Каждый мечтает изменить мир,

но никто не ставит целью изменить себя"

Лев Толстой

Этот постулат долгое время не давал мне покоя, так как ни теоретически, ни, тем более, практически понять его не получалось.

Враг есть враг и с ним надо бороться! Если не бороться, то пресекать его действия. Если не пресекать, то хотя бы не мириться с его вражескими происками. Ну, в крайнем случае – осуждать все, что он, враг, делает. И, в конце концов, уж ни за что и никогда не оправдывать ничьих «вражеских» оплошностей, ошибок и недоделок.

…Меня не назначили, а избрали главным врачом. Низы избрали, трудовой коллектив.

…Тяжесть заключалась в том, что через некоторое время открылось немалое число несогласных, антагонистически настроенных, критикующих действия главного врача, неисполнительных сотрудников. И, что самое печальное, - и их с каждым днем становилось все больше и больше.

Но ярых противников, «врагов» было не много, не больше десяти из двух тысяч сотрудников. И я ступила на тропу войны с ними.

Боролась честно, но истово, и победила тех, кто демонстрировал явное пренебрежение устанавливаемым порядкам, требующим честности, справедливости, дисциплины и ответственности за исполняемое дело.

Только-только успокоилась, что вот теперь займусь по-настоящему медицинской стороной в своей деятельности, как на тебе! Столкнулась с явным пренебрежением ко всем моим начинаниям со стороны одного из заместителей, потом второго, потом их сопротивлением против меня вместе.

- Вновь враги? – сокрушенно думала я. – Это что же за напасть? Неужели мне суждено всю жизнь бороться? А работать-то когда? Надо признаться, что в то время в себе я недостатков не видела, а все отклонения: как запредельная строгость, жесткость, назидательность, имевшие место в своем характере, считала нормою.

…Мои заместители, очень молодые, энергичные, симпатичные и достаточно разумные, совершенно не хотели работать по 12-14 часов в сутки на работе, а после еще и дома продолжать думать о несделанном, так, как это делала ежедневно я.

У них был другой образ жизни и другой образ мышления, и другие ценности в каждом новом дне. Они жили, наслаждаясь «летящими сейчас» и «сегодня». А мне очень хотелось построить «светлое завтра», при этом для всех и сразу.

В том и были различия между нами. Одного из них я, все-таки, «победила» и он вынужден был уволиться, не выдержав испытания постоянным контролем за степенью его ответственности.

Но остался второй противник, сильный, но затаившийся, хитрый и потому «опасный».

Однажды, после очередной его каверзы, которая даже не разозлила меня, а скорее удивила, я задумалась о целесообразности таких вот неприятельских взаимоотношений между руководителем, то есть мною, и заместителем, то есть ним.

- Как же он может полноценно работать, - думала я, - если часть рабочего времени он тратит на злорадное осуждение меня как человека. Еще часть времени на обсуждение моих действий, как строгого руководителя, в поисках оправданий себе. Третью часть времени он затрачивает на планирование тех самых интриг и каверз, при помощи которых выражает мне свой протест. Попросту говоря, на месть. Еще часть времени он расходует на решение личных дел в рабочее время…

Вот это было открытие!!!

Да ему, бедному, ничего не остается, как симулировать бурную профессиональную деятельность, при почти полной бездеятельности. Ведь мысли его сосредоточены на борьбе со мною, равно как и у меня на борьбу с ним. Но различие в том, что я оставалась на рабочем месте до ночи, чтобы завершить дела текущего дня, а он по звонку заканчивал работу и бежал к семье, к своим любимым гвоздикам, которые выращивал весьма профессионально и с любовью.

- Врач называется! – ворчала я, - цветы ему интереснее должности.

Это было так. Он и не скрывал.

В тот день, когда я сделала открытие насчет нехватки времени для эффективной профессиональной деятельности у моего заместителя-врага, все располагало меня к миру, а не к войне. Потому, видимо, назойливо стала появляться мысль «Возлюби врага своего»… Я отгоняла эту непонятную мне мысль, а когда она возвратилась в десятый раз, решила, что надо понять смысл ее, а иначе она сведет меня с ума.

- Как же я могу вот прямо сейчас полюбить врага, то есть своего заместителя? За что его можно вообще полюбить?

- Его полюбить не-за-что! – заключила я суровая и непримиримая.

- Нет, погоди, - возразила я добрая и справедливая. – Ты ведь хочешь понять Библейскую Истину, а потому напрягись, и полюби в нем человека. Не заместителя, не мужчину, а человека.

- Че-ло-век, - повторяла я про себя. – Чело-век. А что бы это значило? Вековой разум заключен в чело? Да, это интересно.

О вечной жизни мне было известно.

- Но за что же я могу полюбить недруга? – подумала я уже более миролюбиво.

- А за что ты любишь себя? – спрашивала я-принципиальная.

- Ну…у…у, себя я люблю за…за…за… в голову никак не приходило ничего, за что же я люблю себя. – Это что же получается? Я еще не люблю себя, а уже хочу полюбить неприятеля? Вот это фокус! – резюмировала я. – Вот это номер! Себя не люблю!!! Нет, вы слышали, я – себя не люблю!

Я растерялась. Выходит, что прежде, чем полюбить врага своего, надо научиться себя любить? Или уважать хотя бы.

- Ну есть же во мне что-нибудь, чем я могу гордиться?! – задала риторический вопрос.

- Я люблю работать. И очень ответственно отношусь к любому делу. А он? Мой зам-неприятель?

- Он тоже любит работать, но дома. Построил добротный дом, имеет прекрасный цветник, дорожки ухожены в саду, помидоры и цветы выращивает лучшие в городе. Значит, он ничуть не хуже меня? – прищурилась я-правдивая с удивлением.

Просто я напрягаю свои усилия и умение для коллектива, а он для своей семьи. Но ведь тогда мы с ним равны: у него дома радость, а на работе неприятности, а меня наоборот. Я-то в ущерб семье работаю, а он в ущерб семьей занимается. Кто из нас лучше?

Лучший среди нас не определялся. Каждый из нас теперь в моих глазах был и плох, и хорош одновременно.

- Так, - оживилась я, - надо и дальше разглядывать его добрым взглядом.

…Утром следующего дня, придя раньше на работу, я, в радостном предвкушении новых событий мирной жизни со своими подчиненными, перебирала корреспонденцию сосредоточенно и быстро.

Раздался стук в дверь и тотчас же, вслед за моим: «Войдите», показалось улыбающееся (!!!) лицо моего зама, бывшего «врага». Он еще не знал, что я его вчера полюбила как человека. Об этом знала только я одна. Это была моя тайна.

- Можно? – спросил он как-то даже робко, что было абсолютно несвойственно его характеру.

- Да, да, входите, - отозвалась я и услышала ласковость, а не суровость в своем голосе.

- Здравствуйте, а это Вам, - сказал он, делая шаги навстречу мне, извлекая из-за спины букет роскошных гвоздик.

Таких гвоздик мне еще никто не дарил в январе.

Цвета они были необыкновенного, алого с малиновым, головки их были пушисты, лепестки бахромчаты, а стебли, толстые и длинные, делали их похожими на топ-моделей, с «ногами от ушей».

- Мне-е-е? – протянула я недоверчиво. – Почему??? – сказала невпопад.

- Просто так. Это лучшие из тех, что расцвели сегодня, - ответил он и посмотрел мне в глаза с доброй и даже застенчивой улыбкой.

- Да у меня и вазы нет подходящей, - сокрушенно развела я руками.

- Сейчас, - сказал он и выбежал из кабинета.

Через две минуты возвратился с красивой вазой…

Преобразилось пространство вместе с нами. Я стояла растерянная и обескураженная. Что за магическое преображение в наших взаимоотношениях?

- Спасибо, - тихо произнесла, не отрывая глаз от цветов.

- А, - махнул он рукой. – Але дуже гарно стало тут у Вас, - произнес, закрывая за собой дверь.

С тех пор мы добрые товарищи.

Я полюбила врага своего, и врага не стало.

Если вас заинтересовал сюжет книги и вы бы хотели познакомиться с ней поближе, воспользуйтесь одной из форм обратной связи. Для этого нажмите тут.

 Публикуется по материалам издания:

Ия Сапина. Удивления : рассказы. - Черкассы : Издатель Чабаненко Ю. А., 2006. – 96 с.

© Ия Сапина. Авторские права защищены. Материалы могут быть использованы только в информационно-просветительских, учебных, некоммерческих или личных целях, при этом указание источника информации обязательно.